Below are the 20 most recent journal entries recorded in Red House's LiveJournal:

[ << Previous 20 ]

Monday, November 23rd, 2009
7:25 pm	Мне настолько понравилась песня "Волшебный кролик", что еще пару месяцев назад я закачал себе ее на мобильник и установил в качестве ринг-тона. Когда мне звонят, у меня в кармане раздаются фантасмагоричные завывания и сквозь этот шум детский голос отчаяно пищит: волшебный кролик, волшебный кролик!Готов биться об заклад, такого ультрагламурного рингтона нет ни у кого во всей Евпатории, да что там в Евпатории — ни у кого в Крыму не сыщешь. Инка и Владька поначалу бурно этому сопротивлялись, всячески меня гнобили и склоняли вернуть прежнее тихое, нежное, девичье "я рисую на асфальте белым мелом слово "хватит", которое у меня держалось около года, но я мужественно сопротивлялся. Владька всегда смущается, когда вдруг где-нибудь в общественном месте у меня играет из телефона "это", и делает вид, что я ему посторонний дяденька. Меня же ничего не смущает, к тому же Кролик необычайно способствует пробуждению. Будильник у меня выставлен по умолчанию на 6-20, но иногда я забываю его вытащить из кармана куртки. Мой личный рекорд - вырваться из объятий томной утренней неги, выскочить из кровати, в два прыжка добраться до прихожей, рвануть молнию на кармане куртки, извлечь кролика и нажать на кнопку отбоя — 2,45 секунды. Выключив кролика, я с сожалением смотрю на оставленную, еше полную тепла и недосмотренных снов кроватку, мужественно подавляю в себе желание туда вернуться и иду в душ. Вот как действует Кролик! Однако теперь Кролик, к сожалению, проиграл, и пришло время выбирать новый рингтон. Я в раздумьях. Current Music: Павел Воля — "Пацанская" (3 Comments |Comment on this)
Saturday, November 21st, 2009
1:43 pm	21 ноября 2009 г. Утром в субботу я открываю окно и кормлю голубей. Голуби слетаются со всех сторон целыми стаями. Я сижу на подоконнике, свесив ноги вниз, а под ногами у меня множество птиц, они снуют по серо-красному рубероиду крыши, склевывают крошки хлеба, шумят, хлопают крыльями — прямо птичий двор. Неделя за неделей, наше время, как поезд-экспресс, набирает ход. Понедельник, вторник, среда, четверг..., дни мельтешат, сменяются, они такие же неуловимые и неразличимые, как эти голуби. Где-то хлопает окно, и голуби стаей взмывают вверх, оставляя на серой, блестящей от мелкого теплого дождя крыше размокшие крошки недоеденного хлеба. От них остается в памяти лишь мимолетное воспоминание, которое почти сразу же пропадает. Я едва успеваю считать пролетающие субботы и не могу припомнить, что было между ними. Мы просто живем тихой, неприхотливой жизнью. Прогулки у моря, иногда вечером кино по телевизору, раз в неделю спиртное. Никаких кафе, театров, концертов, поездок, вылазок, покупок, обновок, сюрпризов. Мы как будто замерли. Мы живем в ожидании чего-то. Владька не ходит в школу уже четыре недели — карантин, и мы не знаем пока что (сообщат только вечером в воскресенье), пойдет ли на следующей. Поговаривают, что в школе им придется сидеть на уроках в марлевых повязках. Марлевых повязок в продаже нет, надо будет шить самим. Дома Владьке не сидится, он вскакивает в 8 утра, берет 5-10 гривен «на жизнь» и где-то шляется: может, гоняет в футбол на школьном стадионе, может, торчит в компьютерном клубе. Время от времени звонит, сообщает о себе. Инка по вечерам занимается с ним английским. Владька способный парень, но он становится ленивым, и нам приходится с этим бороться. Через шесть лет, всего-то через шесть, он будет уже совершеннолетним взрослым человеком. За эти шесть нам надо многое успеть. Я набираю заказы и выполняю их с утра до вечера. Инка дает уроки английского на дому. Теперь к нам каждый день, кроме воскресенья, кто-нибудь приходит, так что у нас всегда чистый, подметенный пол и вообще опрятно. Учеников пятеро: трое школьников и двое взрослых. Школьники: восьмиклассник Гриша из 1-й гимназии, шестиклассница Настя из 16-й школы и еще одна шестиклассница — Лена, ездит к нам из деревни. У Гриши мать держит коттеджи в курортной зоне, одиннадцать номеров. Настя — прилежная толковая девочка, но может сжульничать с деньгами и не заплатить. Лена — чистокровная кореянка, смуглая, узкоглазая, и очень ленивая — Инка часто ее ругает, а та в ответ зыркает на нее раскосыми глазами и, не краснея, обещает исправиться. Взрослые: 24-летняя Женя и 22-летний моряк Дима. Женя работает бухгалтером в какой-то фирме, но хочет заниматься туризмом. Она быстро все схватывает, английский ей дается легко, правда личная жизнь у нее не складывается. У Димы младший офицерский чин и новая БМВ, он недавно вернулся из плавания и в ожидании следующего рейса решил подучить английский — у них интернациональная команда. Инке морская тематика незнакома, и ей приходится подолгу готовиться к каждому уроку. После переезда на квартиру я не взял в руки ни одной книги, я даже не знаю, где, в какой коробке они у нас лежат, а Инка по вечерам читает в постели «Американскую трагедию» Драйзера — толстую скучную книжку. Как то раз мы шли тропинкой через сосновую рощу у набережной, и я попросил рассказать, о чем эта книга. Инка начала рассказывать и незаметно, пока мы гуляли, пересказала мне все, что уже успела прочитать. Теперь во время наших прогулок Инка пересказывает мне содержание очередной прочитанной части. У нее это хорошо получается. В ее изложении и с ее комментариями слушать интересно. Я сам ее об этом прошу, и она теперь наверное уже специально готовится. Так, с Инкиной помощью, я осилил «Американскую трагедию». (Comment on this)
Saturday, November 7th, 2009
11:11 pm	7 ноября, ночь с субботы на воскресенье Как-то очень незаметно и довольно бестолково пролетела неделя. Каждый день я переводил кусочек заказа про фотоэлектрические датчики, но не очень продуктивно. Каждый день мы выходим, фактически заставляем себя выходить, к морю. У моря нынче хорошо. Потеплело, +20, но влажно. Днем под прямыми лучами солнца можно загорать. В пятницу вечером пришли кое-какие деньги за прежние работы. Практически все сразу же надо раздать за долги, но немного останется и нам. Инка давно, всю последнюю неделю, хотела шампанского. Купили бутылку одесского. И правда — шампанского не пили давно. (Comment on this)
Saturday, October 31st, 2009
5:31 pm	31.10 – 1.11.2009 В Украине эпидемия гриппа. В Крыму тихо, но люди в марлевых повязках на улицах Евпатории время от времени попадаются. В аптеках нет оксолиновой мази (мне удалось купить пару тюбиков лишь три недели спустя после этой записи). У Инки в субботу сильно поднялось давление, а вечером поднялась температура до +38. Все воскресенье провела в постели. Владька болтается на улице, забегает лишь перекусить. Из-за гриппа им продлили каникулы, пока что на неделю, а в перспективе — на три. Я делаю срочный перевод рекламной брошюры про оборудование для испытания измерительных токовых трансформаторов. Уже который день между четырьмя и пятью вечера небо на востоке (окна моего теперешнего кабинета ориентированы на восток) приобретает нежные розовато-фиолетовые плавно переходящие друг в друга тона, и на этом розовом полотне возникает сначала еле различимая, а затем все более и более яркая полнокруглая луна. Постепенно небо темнеет, игра красок теряется, а луна, напротив, обретает все большую силу свечения. Она смотрит прямо в мое окно, а я могу разглядывать ее в бинокль, не отходя от рабочего места. Каким бы объемным ни был перевод, в нем всегда есть самый последний абзац, а в нем самое последнее предложение, а в нем — самое последнее слово. Утром небо сменяет цвета в обратной последовательности. Я заканчиваю работу в 7 утра, отправляю файл клиенту и укладываюсь спать. (Comment on this)
Saturday, August 1st, 2009
11:19 am	1 августа 2009 г. Когда я отрываю взгляд от очередного переводимого текста, слева направо я вижу из окна следующее: - старый высокий абрикос, кормивший нас в ту пору, когда июнь переходил в июль - старую умирающую яблоню без яблок - персик, невысокий, но зато с крупными мясистыми оранжево-красными плодами — наш текущий поставщик десерта к послеполуденному кофе - молодой невысокий грецкий орех без орехов - просто какой-то непрактичный куст без всего, за которым скрываются грядки с кустиками созревающего зеленого перца - грядки с неспешно вызревающими помидорами - еще два мелких персика, поставлявших нам свои плоды к кофе последние пару недель, но теперь уже пустые - грядки с огурцами — наш холодильник теперь забит огурцами, а на грядках каждый день поспевают новые - снова грядки с помидорами – всего у нас около 70 помидорных кустов разных сортов – розовые, желтые, ярко красные, темно-красные - полукруг замыкает старый высокий персик, который обещает дать урожай в конце августа. Передний план в этом моем текущем виде из окна оформлен полностью в зеленых тонах, а фоновая заливка выполнена лазурно-голубым, к вечеру сменяющимся на розово-фиолетово-багровую. Сквозь зелень кустов и деревьев можно разглядеть желтые и красные точки персиков и помидор. Среди зеленой травы тянется оранжевый шнур ночного фонаря, который мы цепляем на бесплодную яблоню, а недостаток темно-синего недавно был восполнен соседом, который водрузил на крыше своего коттеджа российский флаг на высоком древке. В ветреную погоду полотнище флага издает громкие хлопки. Мы не сразу привыкли к этой новой звуковой составляющей, но теперь она стала неотъемлемой частью окружающего нас пространства. (2 Comments |Comment on this)
Thursday, July 30th, 2009
4:21 pm	30 июля 2009 г. Дни стоят не жаркие, а в саду под абрикосовым деревом всегда наготове раскладушка для приятного чтения. Закончил читать «Узника Азкабана» и взялся за «Коллекционера» Фаулза. Ни то, ни другое не входит в топ-100 «обязательных к прочтению» книг, виденный мною недавно в Интернете, но, увидев, что этот список возглавляет «Война и Мир», я не стал подробно знакомиться с остальным его содержимым. Я выбрал Фаулза не потому, что мне захотелось глотнуть немного постмодернизма или поразмышлять на тему превосходства злого над добрым, косного над открытым ну и так далее. Я просто покопался в коробках в гараже, в Инкиных книжках, и это единственное, что я там нашел, пригодное для чтения, все остальное там — какие-то учебники и дидактические материалы. Еще раскопал на дне коробки пару книжек Генри Джеймса, так что если к тому времени, когда я покончу с Фаулзом, не раздобуду «Кубок огня», придется читать их. Эти книжки напоминают мне о былом походе в большой московский книжный магазин, названия которого я сходу не вспомню (кажется, "Москва"?) — меня туда направила Ленка, а Ленка для меня — книжный гуру и вообще авторитет. Инка, у которой на носу были старшие классы (в которых ей нужно было вести английскую и американскую литературу 20-го века), в одну из моих ходок в Москву всучила мне спищище на 40 позиций. (Инка вообще часто пишет мне разные списки — что купить и что сделать. Порой, когда приходит время стирать джинсы, я вытаскиваю из разных карманов по 5-10 таких скомканных старых бумажек-списков. Эти списки — потребительская история нашего семейства.) Покупка книг в большом московском книжном магазине стала для меня приятным потребительским опытом. Я не ходил вдоль многоярусных полок, не обращался к остервеневшим от московской жизни консультантам. Ничего подобного я не делал. Я вводил названия книг в компьютерный терминал (их там по нескольку штук на каждом этаже), выбирал нужное мне издание (там предлагаются на выбор: в мягкой обложке, в твердом переплете, в переводе такого-то или такого-то — ну просто рай!) и в конце концов получил на выходе длиннющее полотенце*, в котором про каждую книгу было указано: в каком зале, на какой полке — божественно, не правда ли? Озадачив этими данными сразу трех тамошних девушек на побегушках, я смирно ожидал, пока все выбранное мною ищется и приносится. Люблю, когда ради меня суетятся девушки. Я приволок эти книжки в Минск в большом бауле на колесиках, который тоже пришлось купить в Москве, в ларьке на станции метро «Динамо», рядом с Ленкиным домом — иначе бы я этот груз не осилил. Баул и теперь с нами, он лежит в гараже, а вот книжки, как, впрочем, и все наше имущество, размазались где-то по квартирам наших родителей в Минске, в нашем домике в Орше (я уже не помню точно, где у нас там и что хранится, и вообще уже начал забывать, что обладаю имуществом, способным заполнить двухкомнатную квартиру; здесь мы живем походной жизнью, ничего лишнего). Из тех книжек с собою Инка захватила почему-то только эти три названные выше, да еще «Американскую трагедию» Драйзера, до которой я пока что не дорос. *Полотенцами мы в свое время называли распечатки лабораторных работ по Фортрану: по окончании лаб их выдавали в принтерном зале 5-го корпуса МРТИ на углу Платонова и Гикало — зеленоватые листы шириной в добрый метр и длиной в 2-3 метра, на которых в виде закорючек и звездочек распечатывались переходные характеристики разных там четырехполюсников и прочих интегральных звеньев первого порядка, которые мы тогда моделировали на терминалах ЭВМ ЕС-1061. (2 Comments |Comment on this)
Monday, July 20th, 2009
4:07 pm	20 июля 2009 г. Почти все воскресенье занимался стиркой-уборкой с несколько криминальным оттенком. Вечером еще сварил щавелевый суп, в одиннадцать вечера уснул как убитый, а в 3-15 ночи позвонила из поезда Инка, на 15 минут раньше будильника. К 3-30 я уже нарубил дров и растопил бойлер. Низко-низко над темно-сиреневым горизонтом — мне пришлось привстать на цыпочки, чтобы его разглядеть за кустами и деревьями на соседнем участке — висел тоненький месяц. В 4-30 мы приехали с вокзала — край огненно-красного шара уже приподнялся над озером, и уже не было смысла вновь ложиться спать. Инку, оказывается, чуть было не ссадили с поезда на границе, и хотя вопрос был улажен (не без участия одного из американских президентов) — все равно она натерпелась страху. К счастью, нашлась в запасе бутылка коньяка (хвала тебе, о благодатный виноградный край!), так что к 6-00 утра понедельника мы, два безработных деклассированных элемента, были сыты, пьяны и расслаблены, а третий элемент в это время громил каких-то ботов из какого-то серьезного оружия — так возобновилась и продолжила свое неспешное шествие моя семейная жизнь. (Comment on this)
Saturday, June 27th, 2009
1:57 pm	В ночь с четверга на пятницу 26 июня 2009 года умер Майкл Джексон. Два следующих за этим дня я слушал только его альбомы, один за другим. (Comment on this)
Monday, June 22nd, 2009
3:02 pm	22 июня 2009 г. Инка и Владька уехали в Минск, и я вновь живу один. Я скучаю по ним, но мне хорошо одному. Две недели одиночества я проведу за работой, размеренно и спокойно. У меня есть запасы продуктов, пара бутылок вина, немного рыбы, которую я запекаю на углях во дворике, пломбир в морозильнике и много разного чая. В этом году розовый куст распустился пышно, и мне нравится сидеть рядом с ним на лавочке, жмуриться на солнце, потягиваться, пить чай и слушать что-нибудь плавное и мягкое, вроде Фила Коллинза. Мне нравится это мягкое, размеренное, статичное одиночество, и мне нравится верить, что это пребывание в замкнутом пространстве, эта камерность — просто временная передышка перед очередной порцией бурной и насыщенной событиями жизни. (7 Comments |Comment on this)
Thursday, June 18th, 2009
1:44 pm	18 июня 2009 г. Когда мне надоедает сидеть за компьютером, я выхожу во двор и вскапываю очередной метр полоски земли. Оставшиеся незанятыми, пригодные к посеву участки я засажу огурцами. Огурцы — неприхотливый овощ, не требующий особого ухода — знай поливай только — и их никогда не бывает много. Когда мне надоедает копать, я ложусь на раскладушку и смотрю в небо, греясь под лучами солнца. В небе всегда что-то происходит, и там есть на что посмотреть. Чириканье, жужжание, стрекот, шорохи обволакивают и растворяют в своей простой и вечной мелодии. Мне кажется, что я мог бы днями валяться на этой раскладушке. Но это не моя раскладушка и не мой двор — все это я взял напрокат, поэтому я возвращаюсь в домик и вновь сажусь за компьютер. Каждый напечатанный знак приближает меня к моей мечте. По крайней мере, я на этот надеюсь. (2 Comments |Comment on this)
Saturday, May 30th, 2009
1:08 am	Владька второй день бежит из школы сразу на набережную, куда-то к порту, к яхтам, он там с кем-то скорефанился и ловит рыбу удочкой с пирса. Рыбу, правда, домой не приносит — отдает хозяину удочки. По его рассказам, словил уже двух окуней и еще что-то мелкое. Сегодня он окончил 5-й класс, а завтра едет с классом в Бахчисарай, в ханский дворец и на ослиную ферму, кататься на ослике. Дерево, которое растет у восточной лоджии и названия которого я не знал, оказалось грецким орехом. Два ореха в зеленой кожуре проклюнулись прямо напротив нашей лоджии. Их можно трогать руками или просто смотреть на них, когда стоишь на балконе и пьешь кофе. На восточной лоджии через решетку к нам пробираются побеги винограда. Но к винограду мы уже привыкли, он воспринимается как обычный кустарник. А грецкий орех — это еще пока ново и интересно. Я сейчас просыпаюсь рано, не позже 6-00, до 8-ми успеваю поработать, а потом сажусь на велосипед и в качестве прогулки еду в магазин. Мне нравится то, что я вижу вокруг, и мне нравится ехать в этом окружении на велосипеде. Вся эта утренняя свежесть, все это цветение. Фактически, этот мой утренний рейс — это пик торжества, которое я ощущаю от жизни. В течение дня я одновременно общаюсь и веду переписку с большим числом людей, никого из них не видя в лицо. Они живут в разных городах и разных часовых поясах — в Уфе, Мельбурне, Москве, Минске, Сан-Франциско, Новосибирске, Донецке, Вюппертале... От одних я получаю работу, другим, наоборот, даю ее. У меня пять разноцветных пластиковых карточек со счетами в четырех странах, на всех пяти почти всегда нулевой баланс. Тысячи долларов приходят и тысячи долларов уходят. Я уже второй год не могу купить себе новую футболку и хожу в старой, выцветшей, застиранной майке. Сегодня полдня провели на даче. Подготовили землю для помидор. Завтра купим рассаду и посадим. Я заодно освободил место под кабинет в гараже. Такое я принял решение относительно своего кабинет на ближайшие три месяца. Этим летом никуда не удастся съездить. До конца августа я уже набрал заказов, так что лето у меня уже заранее потрачено. Большую часть времени я буду сидеть в гараже из ракушечника и делать переводы. Наверное, поставлю туда радио-модем. А жалко все таки, хорошее могло бы лето получиться. По другому бы его потратить. Не так ведь нам и много этих лет отпущено. На дачу мы съедем из квартиры в первых числах июня. На даче самое прекрасное — это небо. Там его много, и оно там всегда разноцветное. А по ночам там звезды. (7 Comments |Comment on this)
Thursday, May 21st, 2009
3:41 am	Однажды в 1964 году 18-летняя Марианна Фэйтфул спела тоненьким слабеньким дрожащим голоском песенку "As Tears Go By". Какое милое и невинное у нее лицо на черно-белом видео тех лет. Потом было много секса, рок-н-ролла, 20 лет наркотической зависимости, клиническая смерть, лечение и долгий курс реабилитации, ее лицо перестало быть милым, а голос стал грубым и мрачным. Но она была сопричастна ко многому великому и прожила сложную, но интересную жизнь. О чем думает 60-летний человек, когда смотрит черно-белое видео со своим отражением из далекого прошлого, когда все еще только-только начиналось? Какие он испытывает чувства? Есть в этой простой мелодии  "As Tears Go By" что-то такое, что пробирает и притягивает, какая-то смесь наивной нежности и щемящей тоски разочарования, надежды на лучшее и осознания печального исхода. Это тема про взлет и падение. Это песня с высокими потолками и большими окнами - так сказал Эндрю Олдхэм еще за двадцать пять лет до появления Комнаты с белым потолком. Это короткая песня звучит достаточно долго, чтобы успеть выкурить последнюю сигарету, прежде чем перешагнуть по ту сторону перил. В ней переплетается множество других мелодий, слышанных в детстве на пластинках с волшебными сказками. И от этого эта тема кажется уютной и  домашней, и хочется вновь вернуться туда, чтобы вспомнить, как это было, какие запахи были тогда, когда над крышами домов спускались сумерки и по всему Вазастану один за другим зажигались огоньки. И в ней есть Боб Дилановское "Достучаться до небес", и в ней есть Цоевское "Когда твоя девушка больна". И эта мелодия кажется пением ангелов, когда за ее исполнение берется струнный квартет, а Мик Джагер им подпевает.  И это правильная тема, чтобы молча проводить глазами героя, за которым на долгие месяцы закрываются двери Грейстоунской государственной психиатрической лечебницы. (2 Comments |Comment on this)
Tuesday, May 12th, 2009
12:08 am	Каждый вечер в определенное время из Владькиной комнаты раздаются взрывы смеха. Это Владька читает «Пеппи Длинный Чулок». Точнее, ему читает вслух Инка. Каждый день по нескольку глав. И они там оба смеются, один другого громче. Владька сам книжки не читает. Наши жалкие попытки завлечь его в самостоятельное странствие по волшебному миру литературы пока что безуспешны, да мы особо и не стараемся, а два телевизора и два компьютера тем более этому не способствуют. Книжки, задаваемые по программе, мы читаем ему вслух. Впрочем, я не вижу в этом ничего плохого. Он никогда не прочитает «Оруженосца Кашку», ему ничего не скажет имя Васек Трубачев, он не возьмет в руки «Звоните и приезжайте», и никогда не узнает о Синегории и ее Великих мастерах – ну и что с того. Он прекрасно впишется в современный мир и без этого обременительного груза, сотканного их грез и фантазий. Сам я когда-то был страстным книгочеем. Читать книги было для меня таким же естественным и предпочтительным делом, как футбол или мороженое. Например, до сих пор помню волнение и предвкушение райского блаженства, когда я впервые взял в руки объемный томик Дюма с оформленной завитушками надписью «Три мушкетера». Я читал его и время от времени проверял пальцами, много ли еще страниц осталось, мне хотелось еще и еще, а страницы таяли и таяли. Разумеется, в нашей семье чтение книг не считалось уважительной причиной, чтобы отлынить от мытья посуды или похода в магазин, напротив, это была привилегированная форма отдыха, поэтому для книг приходилось выкраивать время между учебой, шлянием во дворе и помоганием маме и папе управляться с младшими. И все равно, я тогда очень много читал. Я съедал за день по книге и ненасытно брал следующую. Доходило до того, что выцыганив у библиотекарши по блату какой-нибудь «Этюд в багровых тонах», я разворачивал книгу сразу при выходе из библиотеки, читал на ходу, а то и вовсе усаживался на ближайшую скамейку и читал, пока не стемнеет. Я помню, как в очереди за сахаром я прочитал томик Шекли толщиной в 600 страниц. Тогда были длинные очереди. Я помню, как перечитал всего Ремарка, работая ночным сторожем в художественном музее. Подумать только, в те времена я мог часами ходить по залам с картинами и читать Ремарка, не заботясь о завтрашнем дне. Разумеется, под сенью всеобщего дефицита, когда еще не было интернета и озона.ру, за книгами тоже была очередь. Чтобы прочесть какой-нибудь элитный бестселлер вроде «Незнайки на луне», надо было оставить в библиотеке заявку и открытку с обратным адресом. Через некоторое время, через месяц или больше, эта открытка возвращалась, принося получателю радость и вселенское счастье: пришла его очередь прийти за заветной книгой. Так мы тогда жили....Теперь я временно не читаю книги. Это «временно» длится уже почти 15 лет. Но я все же не теряю надежду возобновить эту привычку когда-нибудь, когда у меня будет кресло, плед, кружка горячего молока, шум дождя за окном и масса свободного времени. Прошел незаметно рабочий день продолжительностью в 18 часов. Я пересчитываю количество оставшихся до завтрашнего утра страниц перевода, и это количество ничего кроме тоски и ужаса у меня не вызывает.     (4 Comments |Comment on this)
Monday, May 11th, 2009
9:54 am	Единственное доступное сейчас для меня бесплатное удовольствие - это проснуться утром часиков в 6, поднять жалюзи, открыть стеклопакет и обнаружить за окном мир, состоящий из живых красок цветущего буйства природы и неба светлейшей бирюзы, утренней переливчатой трели птиц, солоноватого бриза со стороны моря с примешавшимися ароматами сирени и множества других каких-то пестрых кустов, деревьев и цветочных клумб; вытянув руку из окна, дотронуться до свисающих сережек дерева с неизвестным мне названием; осторожно провести подушечкой пальца по бархатной поверхности листка на виноградной лозе, тянущейся вдоль решеток лоджии; ежится от зябкого воздуха, помешивать ложечкой крепко заваренный чай в большой фарфоровой кружке, созерцать все вышеперечисленное и планировать наступивший день. Хочется сибаритства, разврата, беззаботного морального разложения; хочется разорвать этот круг и вырваться на широкие просторы жизни из этой квартиры, из этого маленького городка. Но последующие 18 часов придется работать, почти не отрываясь от монитора. Надо делать набранные заказы, думать о выплате долгов по кредитам и налогам, искать новые заказы, снова их делать...Вот пока что и все удовольствия на сегодня. (1 Comment |Comment on this)
Wednesday, April 22nd, 2009
11:30 am	Из самого хорошего, что произошло за последнее время - это, пожалуй, покупка велосипеда. Велосипед Владьке полагался давно, он его еще с ноября ждал. Но врачи катание на велосипеде разрешили только к апрелю, так что отправились в магазин в марте. В Евпатории всего один магазин велосипедов, поэтому проблемы с выбором модели не было. Я, конечно, поизучал для приличия современные велосипедные тенденции, а потом мы просто пришли в магазин и купили то, что там было по нашим деньгам. В первый раз пришли - магазин закрыт. Владька, бедолага, аж заплакал. Я его утешал, рассказывал, как однажды мой отец тоже сделал одну честную попытку купить мне велосипед. Сходил в одни спорттовары, в другие, в третьи - разве можно описать замирание маленького сердца при входе в магазин и горечь и разочарование и слезы обиды при выходе из него - ни в одном магазине велосипедов не было, и больше попыток отец не предпринимал. Так я всю жизнь и прожил без велосипеда, все на чужих катался. Зато каждое катание было настолько ярким событием, что я их теперь все помню за период от 5- до 33-летнего возраста - где, с кем и при каких обстоятельствах. Владьку это все, конечно, слабо утешало, но к счастью на следующий день магазин был открыт, и возвращались мы домой уже не на своих двоих. Владьке мы купили подростковый чешский - он на него сразу запал, как увидел, ну а себе я по остаточному принципу взял украинский. Дубовый такой велик, надо сказать. Владька меня на своем чешском делает только так на ровной дороге. Но это мой самый первый в жизни собственный велосипед, так что я его люблю. И море теперь стало совсем близким - всего в двух минутах. Теперь для меня обыденное дело - ехать вдоль моря на велосипеде. Каждый день езжу. А вот Владькин велик снова стоит на балконе. Владька в начале апреля, по злому стечению обстоятельств, снова сломал руку, в том же месте, что и в прошлый раз. На этот раз, правда, обошлось без операции. Но в гипсе он надолго. В лучшем случае, велосипед ему светит только в июне. Это можно считать самым плохим, что произошло за последнее время. Во всем остальном жизнь протекает с переменным успехом. Хорошего больше чем плохого, и единственная моя текущая забота - это где взять новых денег. (Comment on this)
Wednesday, April 15th, 2009
11:05 pm	На прошлой неделе приснилось мне, что у нас с Катнером гаражи по соседству в одном гаражном кооперативе. И вот мы оба выходим из своих гаражей, запираем их и идем по тропинке. Уже сумерки, звезды в небе сияют, морозец легкий, зябко. Картнер впереди идет, а я за ним, сзади значит. И вдруг - я очень хорошо этот момент помню - он ко мне оборачивается, лицо у него такое серьезное, немного грустное, спрашивает меня: "Как думаешь, кого из нас убьют"? А я ему, не задумываясь, уверенно так: "Тебя". Тут у него лицо злым стало, и он драться полез. Не помню, что было дальше, тема сна сменилась. А теперь вот он и вправду умер. Current Music: Pete Yorn – "Lose You" (3 Comments |Comment on this)
Wednesday, April 1st, 2009
1:07 pm	1 апреля: как Бегемотов пытался пошутить с дремучим и туповатым Редом Алекс Рязанцев (Red) (12:51) : А чёйто ты меня на башорг послал? Чего я тебе сделал такого? Begemotov (12:52) : а ты туда заходил? Алекс Рязанцев (Red) (12:52) : так у меня ссылки нет , это где вообще? я ж дремучий )) Begemotov (12:53) : хм, раз ты не знаешь, что есть Башорг - тебе будет не так весело) http://bash.org.ru/ Алекс Рязанцев (Red) (12:54) : не, ну то есть я слышал про такое - что там юмор, но ни разу не был а еще я ни разу камеди клаб не смотрел, хотя тоже не раз слышал )) щас заценю, ага Алекс Рязанцев (Red) (12:57) : ой, а какого хрена он на украинском? Begemotov (12:57) : на украинском???? Алекс Рязанцев (Red) (12:57) : угу )) Begemotov (12:57) : шуткуете, барин Алекс Рязанцев (Red) (12:58) : ни фига это они по моему айпишнику определили что я из Хохляндии вышел и на укр. страницу направили Begemotov (12:58) : короче, у нас он весь на белорусском в честь 1 апреля поскольку ты у меня один белорус в контакт-листе - вот я и подумал [тебя подколоть] Алекс Рязанцев (Red) (13:00) : то то я думаю, какой-то украинский странный - на белорусский похож )) Begemotov (13:00) : тьфу на тебя)) совсем там охохлячился) Ю-ЩЕН-КО! Ю-ЩЕН-КО!! ТАК!!! ушел обедать с горя Алекс Рязанцев (Red) (13:02) : ага, смачного тебе! (4 Comments |Comment on this)
12:06 pm	1 апреля, 2009 г., из моего очередного окна (2 Comments |Comment on this)
Sunday, March 29th, 2009
10:58 am	Привет из Евпатории (2 Comments |Comment on this)
Wednesday, March 18th, 2009
7:23 pm	Инка принесла мне горячего молока в кружке и два очищенных от кожуры банана на блюдце. Такой у меня сегодня ужин. Инка такого не понимает, она считает, что от бананов с молоком пучит живот. На самом деле, мой живот пучит от другого, например от фразочек типа ..."предвидение общественных потребностей и их материализация за счет инновационных технологий...", которые я рожаю уже полдня за мизерные деньги. Бананы - это великое достижение Перестройки. Бананы у меня до сих пор ассоциируются с платяным трехстворчатым шкафом цвета темный орех. Такой шкаф был у нас в комнате в общежитии на Интернациональной. В те наивные и теплые времена улица Городской Вал носила имя Моисея Соломоновича Урицкого, про которого мы еще не знали, что он кровавый садист и палач, а в стейк-хаусе "Мирский замок" располагался овощной магазин со всеми его специфическими запахами и атрибутами: полусгнившей картошкой, которую из сырого и мрачного подвала доставлял резиновый конвейерный транспортер, грязевой жижой на полках стеллажей на колесиках, ковыряясь в которой пальцами, надо было выуживать, пока другие не успели, полугнилую морковку микроскопических размеров. В этом овощном магазине иногда, где-то раз в полгода, выбрасывали в продажу бананы. Абсолютно зеленые, вяжущие, непригодные к пище и очень дорогие. Нам обычно хватало денег только на три, иногда на шесть, по одному или два каждому. Родители клали дозревать бананы в шкаф. В темном шкафу, под папиными рубашками и мамиными платьями, среди подушек и одеял бананы мучительно долго вызревали. Каждый день, тайком от папы с мамой, я извлекал их, чтобы проверить, насколько они уже пожелтели. Я вдыхал их запах — чудесный аромат экзотического лакомства. Я гладил их кожицу пальцами и вчитывался в иностранные надписи на овальных наклейках синего цвета. Мне очень хотелось отковырнуть кожицу и отщипнуть хотя бы кусочек, но я не смел — отец бы меня за это выпорол. Кажется, проходила целая вечность — на самом деле, дней десять — прежде чем отец доставал их, придирчиво ощупывал, отбирал три наиболее вызревших, недоспевшие — если были — прятал обратно в шкаф. Я съедал свой банан медленно. Слишком долгим было ожидание, чтобы съесть заветный плод просто так, не задумываясь. Я откусывал маленькие кусочки и каждый растворял во рту, превращая его в сладкую кашицу. Я ел его долго, может десять, может пятнадцать минут. Я не смотрел при этом телевизор, я не читал книгу и не выходил на коридор к приятелям. Я ЕЛ БАНАН. Так было каждый раз, когда нам везло, и бананы на заканчивались перед самым нашим носом. Тот шкаф до сих пор стоит в комнате моей матери в нашей уручской квартире. Но я не знаю, хранит ли он запахи бананов, которые когда-то в нем созревали. (3 Comments |Comment on this)